They came for him one winter's night.
Arrested, he was bound.
They said there'd been a robbery,
his pistol had been found.

They marched him to the station house,
he waited for the dawn.
And as they led him to the dock,
he knew that he'd been wronged.
"You stand accused of robbery,"
he heard the bailiff say.
He knew without an alibi,
tomorrow's light would mourn his freedom.

Over the hills and far away,
for ten long years he'll count the days.
Over the mountains and the seas,
a prisoner's life for him there'll be.

He knew that it would cost him dear,
but yet he dare not say.
Where he had been that fateful night,
a secret it must stay.
He had to fight back tears of rage.
His heart beat like a drum.
For with the wife of his best friend,
he spent his final night of freedom.

Over the hills and far away,
he swears he will return one day.
Far from the mountains and the seas,
back in her arms again he'll be.
Over the hills and far away.

Each night within his prison cell,
he looks out through the bars.
He reads the letters that she wrote.
One day he'll know the taste of freedom.

Over the hills and far away,
she prays he will return one day.
As sure as the rivers reach the seas,
back in his arms again she'll be.

Они пришли за ним однажды зимней ночью.
Он был арестован и связан.
Сказали, что было ограбление,
Там нашли его пистолет.

Они отвели его в участок,
Он прождал до рассвета.
И когда его вели в камеру,
Он знал, что его оклеветали.
"Стой, ты обвиняешься в ограблении," -
Услышал он слова судебного пристава.
Он знал, что без алиби,
Завтрашний свет будет оплакивать его свободу.

За холмами, далеко-далеко,
Десять долгих лет он будет считать дни.
За горами и морями,
Его ждет жизнь узника.

Он знал, что это будет дорого ему стоить,
И все же он не посмел сказать.
Где он был в ту роковую ночь,
Должно остаться тайной.
Он должен был побороть слезы ярости.
Его сердце билось, как барабан.
Ибо последнюю ночь свободы
Он провел с женой лучшего друга.

За холмами, далеко-далеко,
Он клянется, что однажды он вернется.
Вдалеке от гор и морей
Он снова будет в ее объятиях.
За холмами, далеко-далеко.

Каждую ночь в своей камере,
Он смотрит сквозь прутья решетки.
Он читает письма, что она писала.
Однажды он узнает вкус свободы.

За холмами, далеко-далеко,
Она молится о его возвращении.
И так же точно, как реки впадают в моря,
Она снова будет в его объятиях.