I dwelt alone
In a world of moan
And my soul was a stagnant tide
Till the fair and gentle Eulalie
became my blushing bride-
Till the yellow-haired young Eulalie
became my smiling bride.

Ah, less-- less bright
Are the stars of night
Than the eyes of the radiant girl!
And never a flake
That the vapor can make
With the moon-tints of purple and pearl,
Can vie with the modest Eulalie's
most unregarded curl-
Can compare with the bright-eyed Eulalie's
most humble and careless curl.

Now Doubt-- now Pain
Come never again,
For her soul gives me sigh for sigh
And all day long
Shines, bright and strong,
Astarte within the sky,
While ever to her dear Eulalie
upturns her matron eye-
While ever to her young Eulalie
upturns her violet eye.

Дарил мне свет
Немало бед,
И чахла душа в тишине,
Но Евлалия, нежная, юная, стала супругою мне
Но Евлалия светлокудрая стала супругою мне.

О, блеск свети.
Тусклее был,
Чем свет ее очей!
Никакой дымок
Так завиться б не мог
В переливах лунных лучей,
Чтоб сравниться с ничтожнейшим локоном Евлалии
скромной моей -
С самым малым, развившимся локоном ясноокой
супруги моей.

Сомненье, Беда
Ушли навсегда:
Милой дух - мне опора опор!
Весь день напролет
Астарта льет
Лучи сквозь небесный простор,
И к ней дорогая Евлалия устремляет
царственный взор -
И к ней молодая Евлалия устремляет фиалковый взор.